Закрыть
Entries RSS
Май 17

Дмитрий Потапенко: «Даже если власти сегодня выступят по центральному телевидению с посланием к бизнесу «сдохни, тварь», никто ничего им не сделает»

Потапенко в Минске

Почему в Беларуси бизнес «отжимать» не у кого,  а заработок страны на продуктовом эмбарго – заранее определенная вещь. О «наездах» со стороны властей, работе в морге, собственном похищении и многом другом.

Антикризис. 600x100

— Вы сказали, что в России почти 200 тысяч уголовных дел в отношении бизнеса. И лишь 15% из них – по реальным фактам, остальные заводятся как способ отъема собственности. Как вы считаете, в Беларуси сегодня ситуация намного лучше?

— Во-первых, это говорил не я, а президент Российской Федерации. Я не изучал статистику уголовных дел Беларуси, поэтому объективных данных по «отжатию» бизнеса у меня нет. Но некоего независимого бизнеса в российском понимании в Беларуси нет. Более или менее крупный бизнес в вашей стране принадлежит очень узкому кругу людей, поэтому «отжимать» просто не у кого. Доля независимых предпринимателей незначительна.

— Сегодня в Беларуси периодически происходят аресты бизнесменов из IT-сектора, венчурных инвесторов. Как вы относитесь к такой политике со стороны властей?

— Такая политика одинакова как для России, так и для Беларуси. Рассчитывать, что по сути две одинаковые державы будут действовать по-разному, на мой взгляд, наивно. Поэтому все закономерно, ничего нового здесь нет и быть не может.

— 25 марта в Беларуси прошел День Воли, где хватали школьников и пенсионеров. Днем позже в России прошли акции протеста против коррупции. И разгоны у вас были не менее жесткие. Если отбросить эмоциональную составляющую, то на ваш взгляд, чем обусловлено такое поведение со стороны власти, и к чему это может привести?

— Поведение властей в данном случае совершенно обосновано, так как сограждане ранее безмолвствовали. Ситуация в целом такая: 20 лет назад, когда произошел расход генеральных секретарей по своим норкам, наши сограждане радовались, что якобы обрели свободу. Но они не поняли, что в ту же секунду они эту свободу и потеряли, так как власть перехватили люди, наблюдавшие из темноты, более подготовленные к любому развитию ситуации. Сегодня – это попытка народа вернуть свое право влиять на власть. Другой вопрос, что это маловероятно.

Народ сегодня потерял право на принятие решений, и как в России, так и в Беларуси система не нуждается в людях. Не нужно переоценивать свои возможности, и понимание того, кем мы являемся в системе. Люди — расходный материал, корм.

— Если люди ничего не решают в системе, то засунуть в рот кляп – это лучшая стратегия?

— Нет, засунуть кляп в рот – это не самое разумное решение, скорее, самое глупое. Сейчас нужно биться не за то, чтобы влиять на власть, так как сегодня нет такого инструмента. Сегодня нужно выстраивать длительную стратегию по возврату власти народу, хоть народ – это абстрактное понятие. Нам предстоит долгая и нудная работа.

— Вы очень резко высказывались о продуктовом эмбарго, называя его мерой искусственной в рамках лоббирования интересов отдельных компаний внутри страны, а не обусловленное внешними вызовами. При этом Беларусь получила неплохую возможность заработать на этой ситуации. Нам просто повезло или также сработала система кланов с «семейной беседой за чаем» о разделе рынка?

— И по-прежнему Беларусь зарабатывает на эмбарго. Это абсолютная «семейная беседа за чаем» по разделу рынка, которая не обусловлена внешними вызовами. И говорить о том, что Беларусь и Россия являются некими независимыми друг от друга государствами – это значит переоценивать экономики наших стран, которые принципиально не сильно поменялись со времен генеральных секретарей и обкомов. У нас нет независимых друг от друга экономик, точнее их доля настолько мала, что когда-то даже обсуждался вопрос о введении единой валюты в России, Беларуси и Украине.

— Вы сказали, что Беларусь до сих пор продолжает наживаться на продуктовом эмбарго. Но сегодня это совершенно незначительный объем, о каких заработках идет речь?

— Заработок заключается в перегоне санкционных товаров и их переработке. Конечно, можно замечательно говорить о малых объемах и незначительной доле, но на полках российских магазинов по-прежнему лежат санкционные продукты «зробленыя у Беларуси», только степень переработки стала выше.

— Череда кризисов, которые Россия неразлучно переживает с Беларусью – это явление стихийное внешнее, либо тщательно спланированное и предсказуемое?

— Череда кризисов – это та же «беседа за чаем» — не усложняйте. Дело в том, что при всем уважении, Беларусь не может существовать автономно без российского рынка. За эти годы вы до сих пор не интегрировались в Европу, хотя и попытались использовать свое расположение для урегулирования российско-украинского «закуса», но это копеечные объемы. И если российская экономика сегодня является 13-ой в мире, мне сложно представить, на каком месте в мировом объеме разделения труда находится белорусская экономика. Беларусь сегодня вынуждена работать в тесной связке с соседями. Долгая ли это история – большой вопрос.

— В петлю затянет безусловно, но не вас, а Россию, Украину, Азербайджан, а вы пойдете следом. По тому как Россия сегодня просаживает Резервный фонд, Фонд национального благосостояния, можно сказать, что система идет по принципу СДД – сожрите друг друга. Но российская экономика крепкая и выдержит еще 6-7 лет активного «раздербанивания».

— В последнее время в российских СМИ появляются устрашающие заголовки, что российский рубль вот-вот обвалится, а мы пойдем следом. Что вы думаете на этот счет?

— Не надо апокалипсисов. Даже если российский рубль просядет до 67 за доллар — это не катастрофа. Проседание может составить не более 15-20%, хотя белорусская валюта просядет чуть больше, плюс ко всему ваш Нацбанк не упустит возможности на этом фоне продевальвировать «зайчик». Кстати, я привык к старым купюрам, мне нравились ваши «зайчики», хотя я не успел их приобрести в коллекцию.

Кроме того, в России подписан указан о возврате малоимущим Ротенбергам и Ковальчукам выплаченные налоги за 2014-2017 годы, которые нужно изъять из кубышки под названием государственный бюджет. Единовременно их достать невозможно, поэтому курс сегодня еще держится на плаву, несмотря на движение по нефти. Тем не менее, когда эти выплаты будут получены, они выльются на валютную биржу, что спровоцирует рост курса рубля. Все просто и логично.

— Сегодня у нас уже не «зайчики», а полуевро, а вы говорите мы никак не интегрируемся в Европу.

— С точки зрения дизайна да, с точки зрения экономики… Украина в этом году может получить безвизовый статус со странами ЕС, что для Беларуси маловероятно в ближайшей перспективе.

— В одном из своих скандальных выступлений вы сказали, что диалог бизнеса и власти последние 20 лет похож на диалог мясника с коровой: «ласково заглядывая в глаза и держа нож под горлом.  И очень хочется, чтобы власть забыла про бизнес, как это произошло в 90-х». Но по сути, в 90-х той самой власти и не было. И когда одни делали бизнес, другие думали, где раздобыть пропитание. Возникла огромная пропасть социального неравенства, которое очень чувствуется сегодня в России…

— Выступление, о котором вы говорите, было в 2015 году, а слава к медийной тушке Потапенко пришла в 2009 году. Если поискать в интернете, можно найти видео «Вам придется посидеть на дорожку, если ваш бизнес приглянется пацанам в погонах». Поэтому ничего нового за последние 7 лет, по крайней мере того, что есть в публичном пространстве, я не говорю. Я всего лишь анализирую экономику, опираясь на цифры. Никаких эмоций здесь нет.

Если говорить глобально про диалог власти с бизнесом, его давно уже нет. Когда я за кадром общаюсь с представителями нашей системы о взимании налогов, они открыто говорят, что если сдохните вы, на смену вам придут другие. Им в целом не интересны независимые или частные экономики, потому что у них есть газ и нефть, и этих ресурсов много. И для них идеально, если бы сегодня без каких-либо репрессий 20-30 миллионов можно было бы отправить на низкое содержание. Они сегодня действуют механистически правильно.

— То есть в 2015 году еще был какой-то диалог, а сегодня его нет в принципе?

— В 2015 году был диалог не с бизнесом – это все иллюзия. Раньше власть была не так консолидирована, существовало больше групп интереса. И чиновники боятся не граждан, а друг друга. «Панамское дело» – один из ярких примеров.

Даже если власти сегодня выступят по центральному телевидению с посланием к бизнесу «сдохни, тварь», никто ничего им не сделает. Потому что, а кто мы такие? Яркий пример тому «Платон» (российская система взимания платы с грузовиков, имеющих разрешенную максимальную массу свыше 12 тонн – Прим.), введение электронных касс, «Ночь длинных ковшей», когда сносили торговые павильоны. И власти тогда говорили – это не наши проблемы, это проблемы коммерсантов. А снос пятиэтажек, который, по сути, нарушает 2 и 35 статью Конституции РФ? Народ, конечно, подвывает, но мясники уже научились подавлять возмущение стада. Все сделано идеально: зачем бизнес, если есть недра?

— Кто тогда будет нести золотые яйца?

— Бизнес в экономике России сегодня составляет не более 6%, поэтому если он сдохнет ничего принципиально не изменится – поверьте мне.

— Но недра имеют свойство рано или поздно заканчиваться, что дальше будет аккумулировать развитие экономики?

— Главное, что на жизнь чиновников, их детей и даже внуков хватит. А после этого – хоть потоп.

— Что вы думаете относительно социальной ответственности бизнеса?

— За понятие социальная ответственность бизнеса я бы давно казнил, так как это все игрища властьдержащих, которые изымают налоги, а потом жируют и устраивают шубохранилища, домики для уточек или 50 самых красивых зданий Пенсионного фонда, если деньги расходуются в публичном пространстве.

У бизнеса есть две основные задачи – обслуживать клиента и создавать рабочие места, но в первую очередь – обслуживать клиента. А чиновникам, которые навязывают благотворительность или социальную ответственность бизнесу, я могу сказать только одно – налоги верните, вот тогда я готов заниматься благотворительностью, «социалкой» и прочим, но зачем тогда вы, если и полицию, в принципе, я тоже могу содержать сам.

— То есть вы не верите в искренность благотворительности?

— Я не просто не верю, я знаю, что благотворительность – это иди и сделай руками, а когда идет перечисление денег – это распил.

— В 2016 году во многих СМИ была новость о вашем похищении, которую вы позже сами и опровергли. Тем не менее, факт остается фактом – вас увезли в присутствии сотрудника полиции люди в штатском. Что это были за люди, и зачем было устраивать это показное выступление?

— Совершенно верно, это было показательное выступление. От меня регулярно кто-то чего-то хочет, но для этого нужно делать посложнее операции, понятно, что не всякий наезд я могу отбить.

— Это была политика или экономика?

— Политика – это всегда перепачканная в говне экономика.

— В вашей удивительной биографии есть один интересный факт, что когда-то в юности вы подрабатывали санитаром в морге.

— Точнее помощником прозектора. Чтобы вы знали, в моргах работают в основном женщины, так как у мужиков не выдерживает психика – она ломается. Я и в казино работал, и видел большую часть нашей элиты по ту сторону стола.

— У вас очень жесткие выступления, вы не боитесь резко высказываться в сторону власти, на вас происходят постоянно какие-то наезды, случаются похищения. Возможно, еще в юности у вас сломалась психика и у вас притупился страх, в том числе смерти?

— Я не вижу прямой взаимосвязи. Знаете, есть такая пословица «кто познал жизнь, тот никуда не торопится», поэтому куда мне торопиться? Кому суждено быть повешенным, тому не утонуть. Это больше философия, и она никак не связана с работой в морге.

 Источник: potapenko.ru

Антикризис. 600x100

Комментарии : Facebook ВКонтакте
Яндекс.Метрика